«Второе рождение» литературных героев в кино есть закономерность, которая действует давно и за это время многое дала кинематографу. Тогда как на страницах «Литературной газеты» был спор: надо ли в больших масштабах инсценировать романы и повести, которые стали захватывать театральные подмостки и несколько теснить драматические произведения, специально написанные для театра? Для кино этот вопрос никогда не [...]
Взятые отдельно, герои фильма, вероятно, не до конца отвечают привычным требованиям. Отец скорее представлен, чем сыгран С. Чокморовым. Воскрешенный на экране благодаря сыновьей памяти, он остается в пределах романтизированного пластического образа, тогда как достоверность и тяжкий быт войны собраныв фигуре председателя колхоза (А.
Кинематограф стремится отыскать свой эквивалент писательскому кредо Ч. Айтматова: «Я верю в эмоциональное начало, в неизмен
ную способность человека к душевным взлетам, к полноте радости и страдания, в то, что на экране, на сцене, в литературе имеют право оживать трагические сломы судеб героев». Эти слова впрямую соотносятся с жизнью Султанмурата из «Ранних журавлей» – героя айтматовской [...]
В фильме режиссера Б. Шамшиева «Белый пароход» воспроизведена структура повести. Один поток кадров рисует жизнь Мальчика и обитателей лесного кордона. Другой – отражает его воображение и легенду о Рогатой матери-оленихе.
В годы 70-е его персонажи оказываются как бы внутри широкого социального и духовного контекста. Не этим ли можно объяснить приход к Ч. Айтматову такого «космогонического» мастера, как Сергей Урусевский? После «Летят журавли» в «Неотправленном письме» он снял экспедицию геологов едва ли не в жанре кинематографического эпоса о единоборстве человека и природы. И он же взялся [...]
Вернемся теперь к мысли Ч. Айтматова о «встречном движении» и к героям его книг, посвященных современности, которые перешли в новое кинематографическое качество. «…В прозрачности того дня были хорошо видны их точеные, вытянутые шеи, и тонкие клювы, и полуприжатые к телу ноги». Это похоже на описание кинокадра. Дальше следует: «Они всегда проплывали над головой как видение, [...]
Если Уленшпигель сообщает фильму энергию действия, то Неле прерывает бег кадров и событий, внося в них необходимую статику, что подчеркнуто ее неподвижными планами. Снятая на фоне деревьев, меняющих летний убор на зимний чертеж ветвей, она застывает в позе ожидания. Эти кадры как паузы вставлены в течение фильма. Свойственная облику Н.
Ромен Роллан следующим образом излагал эволюцию главного персонажа книги: «Индивидум становится типом. Тип делается символом; он не стареет более, у него нет более плоти… Он – дух родины». Мысль точна, но как переложить ее на визуальный язык кино? Попросить актера сыграть «дух родины»? В лучшем случае получится дурная символика.
В «Лире» столь же неожиданно зазвучала не громкая сцена бури, снятая на каменистом «библейском» ложе, а тихие, овеянные солнечным теплом и светом кадры с тонкой, длинной травой, похожей на волосы Лира, когда он ползает по земле, собирая цветы, в поисках съедобных клубней, и сохраняет в этой некоролевской мизансцене покой, значительность: «Король, до кончиков ногтей – [...]
Традиции постановок «Лира», как правило, связаны с именами актеров, сыгравших заглавную роль и оставшихся в памяти зрителей. Исполнитель роли в этом фильме Ю. Ярвет вошел в зрительское сознание неотрывно от других исполнителей – Р. Адомайтиса, К.